Указ номер четырнадцать

Двадцатого июля тысяча девятьсот девяносто первого года Борис Ельцин подписал Указ Президента РСФСР номер четырнадцать.

Он запрещал организационные структуры политических партий внутри государственных органов, учреждений, организаций и предприятий РСФСР.

Не партию. Не партийное членство.

Организацию партии внутри государственного аппарата.

Практически это означало удар прежде всего по КПСС.

Общий по форме

Формально указ касался всех партий и движений.

Практически сопоставимой сетью парткомов внутри министерств, учреждений и предприятий обладала только КПСС.

Общее правило имело вполне конкретный главный объект.

Запрет охватывал первичные организации, комитеты и другие партийные структуры — в органах управления, Советах, государственных учреждениях, организациях, концернах и предприятиях.

И распространялся на предприятия на территории РСФСР независимо от ведомственной подчинённости.

Это означало претензию российского президента регулировать и союзные предприятия в России. Уже не только партийный, но и федеративный конфликт.

Что такое партком

Чтобы понять масштаб, надо описать разрушаемое звено.

Партком участвовал в кадровой и политической работе предприятия. Он связывал администрацию с районным, городским, областным и центральным партийным аппаратом.

Через него государственное решение получало обязательность внутри учреждения — минуя формальную ведомственную процедуру.

В марте девяностого года КПСС потеряла конституционную монополию. Но её ячейки внутри аппарата остались.

Указ двадцатого июля бил по организационной инерции, пережившей изменение Конституции.

Ликвидация первичной организации разрывала нижнее звено партийной цепи.

Четырнадцать дней

Указ должен был начать действовать через четырнадцать дней после опубликования. Опубликовали его двадцать третьего июля.

Значит, практический срок прекращения партийных структур наступал в начале августа.

Это оставляло небольшой период для реакции и юридического спора.

Реакция последовала. Двадцать четвёртого июля партийное руководство заявило, что указ направлен прежде всего против КПСС, разрушает её сложившуюся структуру, и обвинило Ельцина в нарушении союзного права.

Это позиция заинтересованной стороны. Но предмет потери она определяла точно.

ЦК Компартии РСФСР предложил добиваться приостановления указа и просил руководителей предприятий пока не прекращать партийные организации.

Партийные органы требовали проверки конституционным надзором.

Эффективного государственного механизма, мгновенно отменившего президентский акт РСФСР, не возникло.

Это уже показатель ослабления прежней вертикали.

Две должности Горбачёва

Горбачёв оставался и Президентом СССР, и Генеральным секретарём КПСС.

Указ бил по партии, которую он возглавлял, но исходил от всенародно избранного президента крупнейшей республики.

При этом переговоры о новом Союзном договоре продолжались.

По заявленной цели указ отделял партию от государства. По функции он одновременно расширял российскую юрисдикцию на учреждения и предприятия своей территории.

Два процесса наложились друг на друга.

Чего указ не сделал

Он не распускал территориальные организации. Не конфисковывал имущество. Не закрывал партийную прессу. Не отменял членство.

После августа это сделают уже другие акты.

Двадцатого июля отделяли партийную структуру от государственной. И только.

Партийная сеть не исчезла в день подписи: требовалось исполнение, а на местах были сопротивление и разная практика.

Но правовой принцип был установлен. Партком больше не должен находиться внутри государственного учреждения.

Партия могла участвовать в политике. Её ячейка не должна была быть частью государственного учреждения.

Для КПСС это означало смену типа власти, а не одного внутреннего правила.

Номенклатура осталась

Отмена партийной монополии не означала исчезновения управленческого слоя.

Секретари, министры, директора, руководители банков и внешнеторговых объединений не растворились вместе с парткомами. Они сохранили кабинеты, связи, информацию и контроль над потоками.

Исчезла инстанция, перед которой эти люди прежде хотя бы формально отвечали как части единой государственной системы.

Вот здесь и находится главное последствие указа — то, которого он не предусматривал.

В новой конфигурации должность можно было превратить в актив.

Союзное министерство становилось российским или республиканским. Директор государственного предприятия — распорядителем будущей собственности. Руководитель республики — главой отдельного государства.

Департизация разрушала старый контур подчинения быстрее, чем возникал новый контур публичной ответственности.

Именно в этом промежутке номенклатура начала менять коллективный статус служащего на индивидуальный статус распорядителя наследства.

Двадцать третье июля

В тот самый день, когда указ был опубликован, «Советская Россия» напечатала «Слово к народу».

Обращение подписали двенадцать человек.

Писатели Юрий Бондарев, Александр Проханов, Валентин Распутин, депутат Юрий Блохин, генералы Валентин Варенников и Борис Громов, философ Эдуард Володин, Геннадий Зюганов, певица Людмила Зыкина, скульптор Вячеслав Клыков, Василий Стародубцев и Александр Тизяков.

Текст говорил о гибели государства и призывал остановить цепную реакцию распада.

Через четыре недели трое подписавших окажутся фигурантами дела ГКЧП: Варенников, Стародубцев и Тизяков.

Это не доказывает, что «Слово к народу» было программой заговора. Публичное обращение и подготовка чрезвычайного положения — разные действия.

Но два документа вышли в один день, и это стоит помнить. Один вынимал партийную структуру из государства. Другой предупреждал, что государство гибнет.

Канал сменился

Директор, инженер, чиновник или министр не исчезал вместе с парткомом. Личные связи и профессиональные сети сохранялись.

Указ демонтировал формальную организационную структуру, а не переписывал людей.

После указа государственное решение не должно было получать обязательность через встроенный партком.

Влияние КПСС могло продолжаться через людей, депутатов, прессу и территориальные организации. Внутренний официальный канал должен был исчезнуть.

Пленум ЦК КПСС, сопротивление Компартии РСФСР, публикация Союзного договора и ГКЧП следуют почти подряд.

Близость дат делает департизацию частью августовского контекста. Но не доказывает одну причинную цепь.

За месяц до августа

Двенадцатого июня Россия создала всенародно избранный президентский центр.

Двадцатого июля этот центр начал перестраивать внутреннюю архитектуру государства.

Первый крупный объект — партийная вертикаль внутри государственного аппарата.

Не вся КПСС. Не идеология. Не членство. Организационный канал, связывавший партию с учреждением, предприятием и чиновником.

Это точный масштаб решения.

Указ вынул из государственного здания несущую конструкцию, которую туда не проектировали, но на которой оно стояло семьдесят лет. Замену не поставили — её ещё писали в Ново-Огарёве. Что происходит с аппаратом, у которого забрали инстанцию контроля раньше, чем создали новую?

Пятый материал сезона «Год», всего 12.

В следующий раз — девятнадцатое августа: почему ГКЧП располагал силой, но не смог доказать своё право на власть.

---