Сто тринадцать миллионов поручили сохранить Союз

Семнадцатого марта тысяча девятьсот девяносто первого года гражданам Советского Союза впервые и единственный раз задали прямой общесоюзный вопрос о будущем страны.

В бюллетене не было фразы «сохранить СССР как есть». Вопрос был сложнее.

Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновлённой федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?

Ответов было два. Да. Нет.

Двойной мандат

Это принципиально. Голос «да» означал не возвращение к Союзу семидесятых годов.

Избирателю предлагали сохранить единое союзное государство — но уже как обновлённую федерацию суверенных республик.

Референдум соединял две идеи. Сохранить страну. И изменить её конструкцию.

Четвёртый Съезд народных депутатов СССР решил вынести судьбу Союза на всенародное голосование. Шестнадцатого января Верховный Совет утвердил дату и точную формулировку.

В постановлении было записано: никто, кроме народа, не должен брать на себя историческую ответственность за судьбу Союза.

Эту фразу стоит запомнить. К декабрю её нарушат все стороны спора.

Решение, не опрос

Закон о референдуме устанавливал: принятое решение окончательно, обязательно на всей территории СССР и может быть изменено только новым референдумом.

Это был не опрос общественного мнения. Это было решение с прямым правовым последствием.

В списки включили около ста восьмидесяти пяти миллионов шестисот тысяч граждан. Проголосовали около ста сорока восьми миллионов шестисот тысяч.

Официальная явка — восемьдесят процентов.

«Да» ответили более ста тринадцати миллионов пятисот тысяч человек — семьдесят шесть и четыре десятых процента участвовавших. «Нет» — около тридцати двух миллионов трёхсот тысяч.

Результат не был пограничным.

Девять и шесть

Вот где начинается важная сложность.

Центральные власти шести союзных республик не организовали общесоюзный референдум. Литва. Латвия. Эстония. Грузия. Армения. Молдавия.

Они уже шли к выходу или объявили независимость. Поэтому формула «весь Советский Союз проголосовал» неточна.

Даже в этих шести республиках часть граждан голосовала на участках, созданных местными Советами, трудовыми коллективами, воинскими частями и советскими учреждениями. В Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье и Гагаузии голосование также состоялось.

Полноценно референдум организовали девять: РСФСР, Украина, Белоруссия, Узбекистан, Азербайджан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения и Казахстан.

Но даже внутри этой девятки формулы будущего Союза различались.

Каждый спрашивал своё

Верховный Совет Казахстана заменил союзную формулировку.

Там спрашивали, необходимо ли сохранение Союза ССР как Союза равноправных суверенных государств. Слова «обновлённая федерация» исчезли. Появилось слово «государства».

При этом Казахстан официально попросил включить результат в общий итог союзного референдума. И Центральная комиссия включила.

Украина сохранила союзный бюллетень и одновременно спросила, должна ли республика быть в Союзе советских суверенных государств на началах собственной Декларации о суверенитете.

На общесоюзный вопрос «да» ответили семьдесят и две десятых процента участников. Одновременно большинство поддержало и украинскую формулу.

Союз и усиленный республиканский суверенитет в марте сосуществовали в одном голосовании.

В России за союзный вопрос проголосовали более пятидесяти шести миллионов человек — семьдесят одна и три десятых процента участвовавших.

Крупнейшая республика СССР дала явное большинство за сохранение обновлённой союзной государственности.

Два бюллетеня

В тот же день граждане РСФСР поддержали введение поста всенародно избираемого Президента РСФСР.

Один избиратель мог одновременно голосовать за сохранение Союза и за новый самостоятельный центр республиканской исполнительной легитимности.

Белоруссия дала более восьмидесяти двух процентов «за». Узбекистан, Азербайджан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения и Казахстан — свыше девяноста.

Ни одна республика, полноценно проводившая референдум, не дала большинства против общей союзной конструкции.

Что именно поручили граждане? Не СССР образца восемьдесят пятого года.

Победила идея сохранения общего союзного государства в обновлённой форме. Это должно стоять в каждом выводе о референдуме.

Потому что обе стороны позднейшего спора любят урезать вопрос. Одни оставляют только слово «сохранение». Другие — только слово «обновлённый». В бюллетене были оба.

К Ново-Огарёву

Верховный Совет СССР постановил руководствоваться решением народа как окончательным и обязательным и ускорить подготовку нового Союзного договора.

Референдум сразу получил институциональное продолжение. Он дал политическую и правовую опору переговорам.

Нужно было совместить единое государство и суверенные республики. Двадцать третьего апреля Горбачёв и руководители девяти республик подпишут совместное заявление.

Россия создавала своего президента. Украина связывала Союз со своей Декларацией о суверенитете. Казахстан говорил о союзе суверенных государств.

Общий мандат существовал. Элиты начинали по-разному толковать его содержание.

Фраза «народ сказал сохранить» верна только целиком: сохранить обновлённый Союз.

Декабрь без мандата

Если бы большинство проголосовало «нет», прекращение СССР можно было бы описать как реализацию прямого общесоюзного решения.

Официальный результат дал обязательный мандат на сохранение обновлённого Союза.

Поэтому каждый последующий шаг к прекращению общей государственности требует собственного источника полномочия.

Шесть республик не провели нормальный общесоюзный референдум. Это серьёзно ограничивает тезис о едином мандате всех пятнадцати.

Но бойкот республиканских властей не отменяет выраженную волю там, где голосование состоялось.

Разные люди могли голосовать «да» по разным мотивам. Бюллетень фиксирует ответ на вопрос целиком; разложить сто тринадцать миллионов голосов по скрытым мотивам невозможно.

Чего не спросили

У мартовского голосования есть и слабое место, о котором надо сказать прямо.

Формулировка объединяла в одном вопросе сохранение страны, суверенитет республик, права человека и равноправие национальностей. Возразить против такого набора было почти невозможно.

Избирателю не предложили выбрать между конкретными конструкциями: федерация или конфедерация, единый бюджет или взносы республик, союзное гражданство или республиканское.

Он голосовал за направление, а не за проект.

Это и дало элитам пространство для расходящихся толкований уже через месяц. Казахстан прочитал результат как мандат на союз государств, Украина — как подтверждение собственной Декларации, союзный центр — как поручение сохранить федерацию.

Но у этого возражения есть предел. Обязательную силу закон придавал ответу на заданный вопрос, а не воображаемому уточнению.

И ни одна республика не провела нового референдума, который отменил бы мартовский.

Единственный раз

В истории распада было много решений президентов, парламентов и республик.

Прямой всесоюзный вопрос гражданам о судьбе общего государства был задан один раз.

Ответ — сохранить обновлённый Союз.

Постановление Верховного Совета запретило кому бы то ни было, кроме народа, брать на себя ответственность за судьбу Союза. Через девять месяцев эту ответственность возьмут на себя шесть человек в охотничьей резиденции, а подтвердят сто восемьдесят восемь депутатов.

Что должно было произойти между мартом и декабрём, чтобы прямое решение ста тринадцати миллионов перестало считаться обязательным?

Второй материал сезона «Год», всего 12.

В следующий раз — Ново-Огарёво: как народный мандат превращали в новый Союзный договор.

---