Шесть институтов и пять заводов вместо города швейников

Восьмого августа тысяча девятьсот шестьдесят второго года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление номер восемьсот пятьдесят один — триста пятьдесят три.

Строящийся город у станции Крюково получал новую профессию: здесь создавали Центр микроэлектроники.

Через четыре года — шесть НИИ и пять опытных заводов. Город стал частью технологической машины.

Город швейников

Третьего марта тысяча девятьсот пятьдесят восьмого Совмин СССР решил строить у Крюково новый город на шестьдесят пять тысяч жителей. Под него отвели тысячу сто двадцать восемь гектаров.

Задача — рассредоточить Москву и вывести часть предприятий. Микроэлектроники в исходном постановлении не было.

Первые проекты отдавали город лёгкой, пищевой и приборостроительной промышленности. Фигурировал, в частности, швейно-галантерейный комбинат.

Поэтому Зеленоград не строили с самого начала как «советскую Кремниевую долину». Технологическую функцию город получил позже.

Новая задача

К началу шестидесятых интегральная электроника становилась отдельной государственной задачей.

Для неё требовался полный контур: материалы, технология, приборы, оборудование и схемотехника. Александр Шокин решил собрать его в одном месте.

В тысяча девятьсот шестьдесят втором он возглавлял Госкомитет по электронной технике, а не министерство. Министерство появится только через три года.

И задел уже существовал. Микроэлектроника в СССР не начиналась с Зеленограда: Фёдор Лукин ещё в конце пятидесятых поручил Андрею Колосову изучить новое направление.

В тысяча девятьсот шестидесятом вышли его «Вопросы микроэлектроники», а в КБ-один появилась профильная лаборатория.

НИИ-тридцать пять параллельно развивал планарную технологию. Советский задел существовал до постановления.

Ленинград

Другой сильный задел работал в Ленинграде.

Филипп Старос и Иосиф Берг — бывшие американские инженеры Альфред Сарант и Джоэл Барр — участвовали в создании малогабаритных управляющих машин и гибридной микроэлектроники.

Их биография уже разобрана в шестом сезоне. Здесь важен инженерный результат.

УМ-один и УМ-один НХ показывали практический смысл миниатюризации. Для корабельной и ракетной аппаратуры масса и объём определяли возможность размещения системы.

Микроэлектронику можно было показать руководству не как абстрактную науку, а как решение уже существующей военной и промышленной задачи.

Но Старос и Берг не создавали отрасль в одиночку. К тысяча девятьсот шестьдесят второму работали КБ-один, НИИ-тридцать пять и другие советские коллективы.

Американцы были важной частью картины. Не всей картиной.

Четвёртое мая

Идею единого Центра обсуждали ещё в конце тысяча девятьсот шестьдесят первого. В работе участвовали Шокин, его заместитель Константин Мартюшов, специалисты НИИ-тридцать пять и ленинградского бюро Староса.

Замысел был системным: материалы, приборы, технология, оборудование, опытное производство. Не лаборатория и не отдельный завод.

Четвёртого мая тысяча девятьсот шестьдесят второго Никита Хрущёв находился в Ленинграде на совещании по судостроению.

Шокин добился визита в бюро Староса. Хрущёву показали малогабаритные машины и микроэлектронную аппаратуру. Для корабельной электроники преимущество очевидно: меньше масса и объём.

В старом материале шестого сезона этот визит был датирован июнем. Сверка отраслевой истории и фотоматериалов даёт четвёртое мая — эту дату я принимаю теперь.

Шокин не привёз Хрущёва посмотреть случайную новинку и только потом придумал Центр. Проект постановления уже готовился.

На демонстрации Хрущёву представили предложение создать Центр микроэлектроники в строящемся городе-спутнике. Он его в целом одобрил. После этого шли согласования.

Восьмое августа

Через три месяца постановление было подписано. Дата — восьмое августа, не восьмое сентября, как указано в одной старой редакции корпуса.

Двадцать девятого августа приказ Госкомитета номер сто шестьдесят шесть запустил организацию Центра. Теперь были документ, ведомство и площадка.

Центр должен был соединить исследования, конструирование, технологию и опытное производство.

Институты отвечали за микроприборы, точную технологию, материалы, молекулярную электронику, физические проблемы и технологическое машиностроение.

Функции собирали рядом. Поэтому город был частью производственной конструкции.

В тысяча девятьсот шестьдесят втором начали формировать НИИ микроприборов и НИИ точного машиностроения с опытными производствами.

Они работали ещё до готовности постоянных корпусов. Схема возникала быстрее зданий.

Затем появились НИИ точной технологии, материаловедения, молекулярной электроники и физических проблем.

К тысяча девятьсот шестьдесят шестому сложился комплекс из шести основных НИИ и пяти опытных заводов. Получился контур полного цикла.

Три роли

Постановление само отрасль не строит.

Двадцать девятого января тысяча девятьсот шестьдесят третьего Лукина назначили заместителем председателя Госкомитета.

Восьмого февраля приказом Шокина — директором Центра микроэлектроники. Лукин превращал схему в институты, заводы и кадровую систему.

Староса назначили заместителем Лукина по научной работе. Но его ленинградское бюро в состав Центра не вошло, а основные работы он продолжил в Ленинграде.

Поэтому говорить, что Старос построил Зеленоград, нельзя. Его вклад — инженерный задел, участие в концепции, демонстрация и подготовка решения.

Иосиф Берг работал в той же ленинградской школе. Его вклад был не административным.

Он участвовал в инженерной среде, которая дала Шокину готовые изделия и аргументы. Сделать то, что можно показать тому, кто подпишет решение.

Роль Шокина была третьей. Он не изобретал интегральную схему и не руководил каждым институтом.

Он собрал раздельные заделы, выбрал площадку, провёл проект через Хрущёва и аппарат и поставил руководителя. Так возможность стала государственной программой.

Поэтому формула «два американских шпиона построили Зеленоград» эффектна, но неверна. Старос и Берг внесли существенный вклад.

Но Центр создавали также Шокин, Лукин, Мартюшов, Андрей Колосов, специалисты НИИ-тридцать пять и многие другие.

Документ не создавал компетенции из пустоты. Он собирал их в новую институцию.

Не копия Долины

Зеленоград тысяча девятьсот шестьдесят второго не был копией Кремниевой долины. Американская модель росла из университетов, военных заказов и частных компаний.

Советский Центр создавался постановлением и отраслевой вертикалью. Сходной была концентрация. Механизм был иным.

Для новой отрасли нужны были рядом институты, опытные заводы, технологическое машиностроение, жильё и затем собственный вуз.

Город становился одним из производственных инструментов. Поэтому микроэлектронике отдали не несколько этажей НИИ, а строящийся город.

Пятнадцатого января тысяча девятьсот шестьдесят третьего город получил имя Зеленоград.

Последовательность показательна. Сначала документ назначил технологическую функцию. Потом город получил имя. Затем функция материализовалась в институтах и заводах.

Шесть и пять

К тысяча девятьсот шестьдесят шестому основная схема была видна: шесть НИИ, пять опытных заводов и дирекция Научного центра.

Следующим звеном станет МИЭТ. Государство строило не фабрику микросхем, а воспроизводящуюся среду полного цикла.

Материал, технологический процесс, оборудование и схема имели свои институты внутри одного центра.

Проблема могла двигаться по цепочке рядом. Административная концентрация давала технологическое преимущество.

Но направление такой системы зависело от следующего государственного решения. Пока государство выбирало собственную линию, вертикаль быстро концентрировала ресурсы.

Тот же аппарат мог одним решением изменить ориентацию всего комплекса. Это вопрос следующего материала.

В пятьдесят восьмом у Крюково строили город-спутник. Через четыре года постановление назначило ему национальную технологическую функцию.

Старос и Берг дали инженерный аргумент. Шокин провёл решение. Лукин построил организацию.

Если одним документом можно собрать собственную микроэлектронную школу, каким документом можно изменить направление всей этой машины?

Пятый материал сезона «Машина, которую не построили», всего 10.

В следующий раз — совместимость: каким решением в тысяча девятьсот шестьдесят девятом собственные линии ЭВМ начали переводить на архитектуру, совместимую с IBM System/360, и что именно было получено и потеряно этим выбором.

---