Календарь назначили документом

Пятого января тысяча девятьсот тридцатого года Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило постановление о темпе коллективизации.

Пятилетний план предполагал к концу пятилетки охватить коллективами двадцать процентов посевной площади. Новый документ говорил уже об «огромном большинстве крестьянских хозяйств» и ставил зерновым районам календарные сроки.

Темп превратился из хозяйственной динамики в государственную директиву.

До пятого января

Но начинать с фразы «коллективизацию придумали пятого января» нельзя.

Пятого декабря Политбюро создало комиссию Якова Яковлева из восемнадцати человек.

В неё вошли Владимир Каминский, Борис Шеболдаев, Станислав Косиор, Андрей Андреев, Филипп Голощекин, Сергей Сырцов, Карл Бауман и Турар Рыскулов.

Комиссии дали четырнадцать дней: пересмотреть план, определить темпы по районам и связать их с государственной помощью. Центр готовил календарь.

Двадцать второго декабря Яковлев сообщил Политбюро: данные о реальном охвате хозяйств крайне нечётки.

Запросили секретарей всех окружкомов и потребовали разбить районы по фактической доле коллективизированных хозяйств.

Заслушали Нижнюю и Среднюю Волгу, Северный Кавказ, Центрально-Чернозёмную область и Украину.

Срок не рисовали по пустой карте: центр собирал местные данные и превращал их в общую директиву.

Третьего января комиссия представила окончательный проект. По указанию Сталина его сократили, убрав часть уставных и ведомственных вопросов; пятого января Политбюро утвердило текст с поправками.

Это не был текст, единолично написанный Сталиным за вечер, а результат комиссии, местных докладов, ведомственных расчётов и решения Политбюро.

Ответственность центра от этого не уменьшается. Она становится точнее.

Двадцать процентов и огромное большинство

Постановление исходило из того, что движение уже охватывает районы, округа и области.

На весну ожидалось более тридцати миллионов гектаров обобществлённых посевов против двадцати двух — двадцати четырёх миллионов, намеченных пятилеткой к её концу.

Документ делал вывод: прежний темп отстал от движения, значит ориентир надо пересматривать вверх.

Здесь есть ещё одна арифметическая ловушка.

Пятилетний план говорил о двадцати процентах посевной площади, постановление — об «огромном большинстве крестьянских хозяйств».

Это разные знаменатели. Нельзя писать, будто двадцать процентов хозяйств одним решением заменили на большинство.

Но направление изменения очевидно и без такого пересчёта.

Плановая граница коллективизации была резко расширена, а сроки главных зерновых районов вынесены внутрь первых лет пятилетки.

Две полосы

Самый жёсткий календарь получили Нижняя Волга, Средняя Волга и Северный Кавказ: в основном закончить коллективизацию осенью тысяча девятьсот тридцатого, во всяком случае — весной следующего года.

Это примерно один сельскохозяйственный цикл. Районы были ключевыми для товарного зерна и хлебозаготовок.

После кризиса двадцать седьмого — двадцать восьмого государство связывало устойчивое снабжение уже с другой организацией самого производителя.

Для других зерновых районов срок был длиннее: осень тысяча девятьсот тридцать первого или, во всяком случае, весна тридцать второго.

В практической работе сюда относили Украину, Центрально-Чернозёмную область, Сибирь, Урал и зерновые районы Казахстана.

Документ назначал стране не одну дату, а разные скорости.

В учебниках часто встречается схема из трёх групп: первая — к весне тридцать первого, вторая — к весне тридцать второго, третья — к концу пятилетки.

Как позднее обобщение она удобна. Но буквальный текст пятого января прямо называет только две группы зерновых районов; для остальных отдельного перечня с такой же точной датой нет.

Поэтому фразу «пятого января СССР официально разбили на три исчерпывающих списка» я отвожу.

Пятьсот миллионов

Сроки не существовали отдельно от ресурсов. Кредит колхозному сектору увеличивали с двухсот семидесяти до пятисот миллионов рублей.

ВСНХ запрещали задерживать строительство тракторных заводов и обязывали к пятнадцатому марта доложить о росте выпуска сложных машин. МТС должны были работать преимущественно с коллективами.

Центр не только говорил «быстрее»: он перераспределял кредит, технику и организационные ресурсы.

Но документ одновременно делал опасный выбор. ЦК требовал не тормозить коллективизацию ссылками на недостаток тракторов.

Полная замена конной тяги машинной признавалась делом нескольких лет; на переходный период предлагались конно-машинные и смешанные базы.

Организационную форму разрешалось построить раньше полной технической базы.

Постановление определило и главную форму нового хозяйства.

Главной формой объявлялась сельскохозяйственная артель — не прежнее товарищество и не коммуна с максимальным обобществлением.

Коллективизировались основные средства производства, хозяйственные постройки и товарно-продуктивный скот. Устав ещё предстояло разработать.

Следовательно, пятого января центр одновременно назначал темп и конструировал форму, в которую должны были входить миллионы дворов.

Не приказ вступить, но календарь

И здесь возникает главный внутренний контраст документа.

В десятом пункте партийным организациям велели возглавить движение, которое сам ЦК называл стихийно растущим снизу.

В одиннадцатом следовало предупреждение против «декретирования» сверху и подмены реального движения «игрой в коллективизацию».

Поэтому писать, будто пятого января каждому крестьянину приказали немедленно вступить в колхоз, нельзя. Такого пункта нет.

Но противоположная крайность столь же неверна. Предупреждение против декретирования не отменяло календаря.

Местная организация получала две команды: не превращать коллективизацию в административную игру и обеспечить срок.

Напряжение было встроено в сам документ: заранее назначенный результат требовалось получить процессом, который официально нельзя было просто назначить.

Кулак

Пятое января зафиксировало ещё один поворот. ЦК объявил переход от ограничения кулачества к политике его ликвидации как класса.

Но категорий выселения и конфискации в этом постановлении ещё не было. Пятнадцатого января создали комиссию Вячеслава Молотова, тридцатого появилось отдельное секретное постановление.

Пятое января задало принцип и темп; механизм раскулачивания оформлялся отдельно.

План обогнали

Самое важное видно уже через два месяца. По данным Наркомзема СССР на первое марта, в колхозах числилось около пятидесяти шести процентов крестьянских хозяйств страны.

В РСФСР отдельные районы отчитывались ещё выше: Северный Кавказ — около восьмидесяти пяти процентов, Центрально-Чернозёмная область — более восьмидесяти шести, Урал — свыше семидесяти.

Это уже быстрее календаря пятого января.

Центр назначил ускоренный темп — и почти сразу местная кампания стала обгонять даже его.

Постановление давало первой зерновой группе срок до осени или весны следующего года. К первому марта некоторые территории уже отчитывались о подавляющем большинстве хозяйств.

Не за год — за несколько недель. Это различие понадобится в следующем материале.

Пятое января

Поэтому исходный узел требует точной формулы. Колхозное движение не возникло пятого января из ничего. Комиссия фиксировала уже идущий рост и собирала данные с мест.

Но именно центр превратил движение в календарь: назвал районы, поставил сроки, увеличил кредит, перенаправил МТС, определил артель как главную форму и объявил новый курс в отношении кулачества.

До этого государство меняло отношения с двором через землю, налог, рынок и заготовки. Пятого января решение стало организационным: менять требовалось уже не цену и не способ изъятия, а саму единицу сельского производства.

Документ одновременно говорил две вещи: движение растёт снизу — не декретировать его; главные зерновые районы должны закончить коллективизацию в назначенный срок.

Одна строка защищала процесс от административной фикции, другая превращала результат в календарное обязательство.

Через несколько недель отчётные проценты побегут быстрее календаря.

Если центр назначает срок, но запрещает превращать срок в принуждение, каким способом местный аппарат должен доказать, что успел?

Пятый материал сезона «Хлеб», всего 12.

В следующий раз — отлив: почему через два месяца тот же центр остановил гонку, потребовал исправить перегибы и увидел массовый выход из колхозов.

---